Ах, эти волшебные новости! Когда Альбус Персивальд Вульфрик Брайан Дамблдор, человек с именем длиннее списка ингредиентов для зелья, выступает с речью о мирном сосуществовании волшебного сообщества, кажется, что пора готовить шампанское и устраивать бал. Но не тут-то было!
После победы над Грин-де-Вальдом все думали: ну вот, теперь можно расслабиться и заняться садоводством или сбором редких трав для зелий. Ан нет! Магические войны оказались настолько упорными, что даже Гермиона Грейнджер, обычно мастер спокойствия и рассудительности, начала нервничать сильнее, чем трясущаяся палочка на уроке заклинаний.
Представьте себе: Гермиона яростно хлопает газетой, словно это кусок мандарина в последний день новогодних праздников — надоело уже читать одни и те же новости о чистоте крови и подозрениях в адрес каждого второго магического жителя.
Теперь она сама оказалась по ту сторону баррикад — кто бы мог подумать? Если раньше она была тем самым героем из сказки, который всегда знает правильное заклинание, то сейчас чувствовала себя героем комедии положений. Магия будто решила устроить забастовку: чашка воды в стакане начинает плясать танго лучше любого танцора в Хогсмиде, а книги так и норовят улететь с полки в самый неподходящий момент.
— Мы переедем!
— решила Гермиона с видом генерального директора кризисного штаба. — И заколдуем адрес так крепко, чтобы ни одна сова не добралась!
Гарри Поттер лишь улыбнулся грустной улыбкой человека, который видел больше магических катастроф, чем ночей без сна у профессора Снейпа.
— Это ничего не изменит… — заметил он спокойно.
— Да прекрати читать эти письма! — взорвалась Гермиона и вырвала листок из его рук.
Бумага порвалась от напряжения словно старая карта сокровищ на уроке истории магии.
Вы только представьте: письма с требованиями Гарри «поступить по-мужски» и сделать что-то там «необходимое». А кто писал-то?
Жалкие трусы за клавиатурой! Ни одного из них не было рядом в те страшные дни охоты на крестражи.
Они сидели дома у камина с чашкой какао и смотрели сериал про приключения трех друзей (и нет, это не Гарри, Рон и Гермиона).
— Никого из них не было тогда! — фыркнула Гермиона так яростно, что бумага у неё в руках нагрелась до температуры обжигающего чая.
И вот тут случилось чудо (или проклятие?): листок внезапно вспыхнул огнём прямо у неё в пальцах.
Гермиона подпрыгнула от неожиданности и отбросила пылающую бумагу как горячую картошку. Гарри быстро выхватил палочку и потушил пожар прежде чем их квартира превратилась в миниатюрный Хогвартс во время пожара.
— Ты же не унываешь?
— спросил он серьёзно.
— Унывать? Я? Сказал тот самый парень, который надул свою тётушку до состояния воздушного шара!
Они оба рассмеялись сквозь слёзы — ведь иногда лучшая магия заключается именно в смехе посреди хаоса.
Гарри предложил приготовить ужин под музыку и открыть бутылочку вина (ну или хотя бы попытаться), но Гермиона строго отказалась пить — мол взрослые они уже или нет!
А потом случился классический момент дружбы: они вместе танцевали на кухне под радио (да-да, радио ещё никто не отменял), выбирали между курицей или рыбой (в самолёте они явно не были), а Гарри шутил так легко, что даже самые мрачные мысли улетучивались куда-то далеко за пределы комнаты.
«За самую талантливую волшебницу!» — сказал он бокалом вина (или чего там было). «И за Гарри Поттера!» — ответила она с улыбкой.