Меня внезапно ударили прямо в живот, и я, словно герой комедии про неуклюжих рыцарей, осел на одно колено, закрыв глаза и мечтая о мягком диване и чашке горячего чая. В этот момент над моим лицом раздался знакомый голос: «Вставай, Драко!» — и мне протянули руку.
Это был Фред Уизли, который помог мне подняться и неловко провёл рукой по волосам, словно пытаясь понять: «Что это за причёска такая у тебя?». — «Прости», — пожал он плечами. — «Мне показалось, что ты готов отразить удар». Ну да, конечно!
Я же мастер боевых искусств… хотя бы в теории.
Оглядевшись вокруг и потирая живот с надеждой на то, что внутренности не разбежались в разные стороны, я понял: мы глубоко под землёй. Воздух здесь такой тяжёлый, что даже моя мотивация к тренировкам казалась взволнованной и запыхавшейся.
Свет был тусклым, а тени на стенах плясали так энергично, будто устроили дискотеку без меня. Джордж сидел на камне и посмотрел на наручные часы (которые явно были слишком умными для нашего времени), махнул нам рукой и сказал: «Заканчивайте, скоро обед».
Видимо, даже подземелья не обходятся без главного события дня — еды.
Близнецы дружно направились к проходу с сталактитами над головой. Их голоса эхом разносились по туннелю так весело и задорно, что я почувствовал себя участником какой-то тайной вечеринки Гномов-светлячков.
Мы углубились в темноту туннелей до тех пор, пока не оказались в большом зале с разбросанными столами и стеллажами у стен — одновременно обеденной и учебной зоной. Светящиеся шары под каменным потолком напоминали лунные лампы из фантастического фильма. Джордж тут же учудил: «Пахнет луковым супом… О!
Привет, Полумна! Это шары так светят или сияние исходит от тебя?» Девушка серьёзно ответила: «Думаю, от шаров». А я подумал про себя: если бы свет исходил от неё — это была бы настоящая магия!
Затем Полумна взглянула на меня своими глазами с поволокой (ну знаете такие взгляды — как будто она пыталась просканировать мой внутренний софт) и сказала: «Тебя зовёт отец». Тут у меня внутри всё ёкнуло сильнее любого заклинания из Хогвартса.
Я пробормотал что-то вроде: «Зачем я твоему отцу?» А Джордж уже смеялся: «Похоже через живот ты попал по голове», хлопнув меня по плечу как старого друга-неудачника.
— Мой отец? Люциус Малфой? — повторил я с сомнением.
Джордж с Фредом встретились глазами и хором произнесли: «Уу… Безнадёжный случай». Ну спасибо ребята за поддержку!
А Полумна продолжала изучать меня взглядом ученого-экспериментатора — так неловко стало, что пришлось отвлечься.
Она указала мне идти за стеллаж с книгами про зелья. Не долго думая, я нашёл рычаг среди пыльных томов и нажал его — стеллаж скрипнул и медленно отодвинулся в сторону. Впереди зияла тьма такая густая, что можно было подумать о ней как о бесплатном ночнике для интровертов.
Моё тело перестало слушаться; казалось будто все мои нервы решили устроить забастовку именно сейчас.
Вспомнился анекдот про философа Платона: тот говорил о том, что люди падают вниз во мрак прежде чем тянуться к свету… Ну вот я как раз падал вниз во тьму своей судьбы. За моей спиной послышался голос Полумны: «Удачи!» — словно она желала мне доброго путешествия в мир неизвестности или просто хотела проверить мою реакцию.