— Что взять с этих Уизли? — тихо пробормотал Люциус Малфой, словно боялся, что его услышат даже пауки в углах. — Этот Артур… ну, вы знаете, тот самый чудак, который в школе больше мечтал о мятеже, чем о зачётах. Теперь же он плодится как кролик на волшебном поле!
В благородных семьях столько детей быть не может. Вот посмотрите на нас!
— Он оглядел собравшихся с таким уважением, будто проверял качество своего вина. — Мы не размножаемся как кролики на волшебной ферме.
Андромеда не могла молчать и подрезала: — Напомню тебе, Люциус, что нас в семье трое.
— Вы — как редкие цветы в саду чистокровных семей, — произнёс он с такой лестьей, что даже слизеринские змеи заулыбались бы.
— Красавицы и одарённые ученицы. Ваши родители могут позволить себе лучшие мантии и палочки из драконьих сердец. А у Уизли?
Трое детей уже есть! И я уверен, что это только начало. Что они дадут этим малышам?
Мантии с заплатками? Учебники с автографами старших братьев?
Их палочки будут переходить по наследству от одного к другому? Это же почти семейный антиквариат!
Вальбурга аж вскрикнула: «Ужасно!» Так выразительно, будто ей рассказали про новый вид слизней из болот Хогвартса.
Регулус посмотрел на мать. Два месяца прошло после смерти отца, а она наконец-то начала выходить в свет и не пропускала обедов вроде этого – в честь скорой свадьбы Беллатрисы.
Хотя траур всё ещё висел на её плечах тяжелее плаща-невидимки.
Он перевёл взгляд на пару дня: Рудольфус был высоким и крепким парнем с лицом грубых черт – таких обычно называют «не красавец», но «надёжный». Он слушал Люциуса, а Беллатриса ухмылялась так, словно слышала лучший анекдот про слизеринцев за последние сто лет.
Ну что ж, у них там какой-то свой баланс между серьёзностью и весельем.
Андромеда же продолжала тайно переписываться с Тонкс – если бы Беллатриса узнала об этом или кто-то другой… Ой-ёй-ёй! Регулус знал: это была настоящая магическая бомба замедленного действия.
После обеда все отправились смотреть место для завтрашнего торжества – светлое помещение со стеклянным куполом и просторным садом снаружи.
«Как красиво!» — вздохнула Нарцисса так трогательно, будто увидела впервые после долгой зимы цветущую ромашку.
Люциус улыбнулся нежно (да-да, у него тоже такие моменты бывают), глядя на девушку: «Я найду нам летом место не хуже этого… Или ты сама выберешь».
Нарцисса покраснела до самых корней волос – романтика среди чародеев бывает такая же неловкая и приторная, как попытка смешать зелья без инструкции.
Регулус услышал шутливый комментарий Андромеды: «Так приторно! Но хоть во всём этом аду эти двое видят розовые облачка».
— Ты против свадьбы?
— спросил он.
— Не против свадьбы… Ты же знаешь, что случилось на выходных…
И тут воспоминания накрыли его сильнее любого зелья памяти…
В субботний вечер Тёмный Лорд собрал всех обладателей метки: Беллатрису с будущим мужем включительно. Среди зелёной листвы аллеи становилось темно; воздух наполнялся напряжением сильнее любого заклинания защиты; дыхание внутри масок делало атмосферу тёплой и влажной одновременно – идеальное место для интриг и заговоров.
Фигура Лорда возвышалась над всеми; лишь Беллатриса и Рудольфус могли сравниться с ним ростом.
Она была единственной женщиной среди меточных последователей – гордость можно было резать ножом (если бы это было безопасно).