Часть 2" title="AU по актерам "Однажды в сказке". Сборник "Порочный круг". Часть 2" width="303" height="220">– И раз-два-три, раз-два-три!
И ручка! Покружились! Ладошка к ладошке!
Так! Поворот! Стоп-стоп-стоп… Лана, через левое плечо, три шага на полупальцах!
Шон, ты задаешь ей направление! Колин, руку выше, Джен у тебя не может провернуться. Джен, тоже самое – на полупальцах. Если бы кто-то сказал им пару дней назад, что они будут танцевать в бальных платьях и костюмах, они бы посмеялись и пошли пить чай.
А теперь? Теперь это выглядело как попытка научить слона танцевать балет: красиво и почти невозможно.
Репетиция длилась уже полтора часа, а хореограф продолжала перекрикивать музыку так настойчиво, будто пыталась объяснить коту правила шахмат. «Это невозможно!» – в отчаянии вздыхала она.
«Люди учатся синхронности по десять лет, а вы хотите за несколько дней!» В этот момент я подумал: а не нанять ли им инструктора из цирка — там и за неделю учат жонглировать тремя мячами одновременно. Но режиссер был настроен решительно: «Может, возьмем другой ракурс и снимем пары отдельно?» Оператор кивнул с видом человека, который уже видел всё: от танцующих пингвинов до прыгающих кенгуру.
– Перерыв на полчаса!
– прокричал режиссер и добавил с улыбкой: – Нужно будет Колина и Джен показать сверху, а потом Шона и Лану сбоку… даже если повернуться в разные стороны, отдельно их не отличат потом. Тут я вспомнил анекдот про съемку фильма: «Режиссер говорит актеру: «Давай сыграем это заново!» А актер отвечает: «А можно с кофе?»»
Актеры разбредались по площадке в поисках своих стульев — эти предметы мебели стали для них островками спокойствия среди морей танцевальных мучений. Несколько дней они учились простым па; стопы болели так сильно, что казалось — сейчас кто-нибудь предложит сделать им массаж ног прямо на площадке (и это была бы лучшая идея дня). Женщинам пришлось надеть тяжеленные бальные платья — словно броню для битвы с гравитацией и собственным желанием лечь поспать.
Лана тихонько отделилась от толпы и выскользнула на свежий воздух — где солнце ласково играло на блестящих юбках платьев.
Она закрыла глаза и начала покачиваться в ритме «раз-два-три», тихо повторяя движения под нос. В этот момент дверь скрипнула — кто-то вошел.
– Шон? – спросила она с надеждой.
– Искал тебя.
Устала, миледи? – он улыбнулся и подал руку как настоящий джентльмен эпохи Возрождения.
– Совсем немного, – ответила Лана с легкой улыбкой.
Шон заметил её практикующиеся движения:
– Ты практикуешься? Партнер не нужен?
Он тут же обнял её за талию — ну как тут отказать?
Кто устоит перед таким обаянием? Они начали медленно повторять па вместе — поворот за поворотом.
И вот случилось то самое волшебство: простой репетиционный поцелуй стал искренним моментом нежности. Губы встретились осторожно сначала – как два робких первоклассника на школьном балу –, а затем всё переросло в настоящее исследование чужих губ языками (ну вы поняли).
Их руки крепко держали друг друга; глаза были закрыты от солнца и реальности; мир вокруг перестал существовать… пока внезапно из павильона не показалась голова Джинни:
– Вы что делаете?
Оказалось — перерыв закончился!
Шон отпустил Лану, но она дернула его обратно:
– Помада!
Он удивленно оглянулся:
– Где?
Она начала стирать помаду пальцами с его губ.
– Ах это… уже не страшно! – лукаво улыбнулся он…
И снова поцеловал её!
Репетиция танца, описанная в тексте, ярко демонстрирует, как сложно и одновременно вдохновляюще бывает учиться новому в сжатые сроки. Несмотря на трудности и смешные моменты, участники делают всё возможное, чтобы достичь синхронности и выразительности, а режиссер и оператор находят творческие решения для съемки. Это напоминает, что даже в сложных ситуациях юмор и командная работа помогают преодолеть любые преграды.
Репетиция бального танца превратилась в хаос, где хореограф пытается уложить пары в требуемую синхронность, но это кажется невозможным. Участники, недавно предпочитавшие чай и расслабленную атмосферу, теперь вынуждены исполнять сложные движения, напоминающие попытку научить слона танцевать балет. Режиссер и оператор ищут выход из ситуации, предлагая снимать пары отдельно, но даже это вызывает сомнения в успехе. Весь этот хаос напоминает анекдот про съемку фильма, где актер просит кофе после неудачной попытки сыграть сцену заново, подчеркивая трудности и комичность процесса создания искусства.